54. Алгебра Слова

С появлением Знайки в «Проводнике» впервые появилась критика. В течение двух дней она ознакомилась с текущим состоянием дел по «компьютерно-интернетовской» части Проекта. Затем на совещании, на котором присутствовала удаленно, выразила свое мнение:

— Компьютерная система у вас… ну, можно сказать нормальная. Кое-что подправить надо, но я не буду вам головы морочить. Это чисто технические задачи. С интернет-продвижением Проекта тоже все идет неплохо. А вот, что касается игры…

Я поднял голову и посмотрел на жидкокристаллическую панель, которую установили после ремонта переговорной. На экране была видна Знайка в своем кабинете Нью-Йорского офиса. Все-таки видеть того, с кем общаешься, а уж тем более ее, было гораздо приятнее, чем смотреть на черный монитор.

— И что касается игры? – спросил я, подозревая неладное.

— А нет никакой игры! – кратко ответила Знайка.

— Как нет? – удивился Енотов, — Игра в тестовом режиме уже работает! Создана группа не только специалистов Проводника и подрядчиков, но и привлеченных пользователей, которые уже в нее играют и пишут свое мнение. Также работают тестировщики, отлавливают баги… Игра есть. Сейчас идет отладка.

— Как вам объяснить. Возьмем все четыре креативные направления Проекта. Музыка, например — начала Знайка.

— Давай уж я расскажу, — предложил я.

— Давай, — согласилась Знайка.

— Кавер-группа ездит на гастроли… Вернее, начала ездить до коронавируса. Сейчас пока ведет выступления онлайн. Количество фанатов увеличивается. Раскрутка была бы значительно круче, если бы не пандемия. Все песни качественно переделаны, в интернете распространены повсеместно.

— Ну… согласна, — кивнула головой Знайка.

— Аналогичная ситуация с литературой. Осуществлено переиздание в редакторской литературной обработке. Тиражи книг на бумажном носителе заказаны. Распространение электронных книг ведется успешно.

Знайка опять кивнула, но промолчала.

— Для фильма написан сценарий, подобраны актеры. Но съемки пока не ведутся опять же из-за коронавируса. Тут, можно сказать, немного буксуем, но причины внешние. Зато с игрой все нормально идет!

— Нет. Не нормально! – не согласилась Знайка.

— Почему это? – удивился Енотов.

— Потому что это не игра! – рассердилась Знайка, — Нет игры! Есть программа для общения и выполнения некоторых действий, расширяющих возможности обычных соцсетей. Можно сказать, есть смесь соцсетей с конструктором для создания внутриигрового контента. Но это не игра. Там не во что играть!

— Я не понимаю, — сказал я.

— Да что тут понимать! – Знайка всплеснула руками, — Песни слушают, книги читают. Фильм… ну, наверное, будут смотреть. А в игру никто не будет играть, потому что она неинтересная. Сейчас этой игрой занимаются те, кто работает в Проекте, или пользователи с определенным техническим складом ума. Им не сама игра интересна. Им интересен процесс отладки программного обеспечения.

— По-моему, ты преувеличиваешь, — не согласился Енотов, — Я сам играю иногда…

— Вот именно «иногда». – ответила Знайка, — Если бы ты не работал в Проводнике, было бы не «иногда», а «никогда». В этой игре нет сюжета, нет конфликтов, нет смысла вообще!

— Ты как-то уже чересчур, по-моему, — Старик попытался смягчить Знайку.

— А вы проверьте. Дайте поиграть в игру кому-нибудь. Только не объясняйте, что эта играм является мнимым прототипом будущего социального устройства общества. Ничего не объясняйте. Просто попросите поиграть и спросите мнение.

— Иными словами, надо, чтобы тестирование проводили те, кто не знает основного смысла и игры, и Проекта вообще? – уточнил Меценат, что-то записывая.

— Не тестирование! – голос Знайки зазвенел от гнева, — Это мы можем считать этот процесс тестированием. В вообще-то, в игру надо играть, а не тестировать ее. Играть! Самое главное в любой игре, это чтобы играть в нее было интересно. Захватывающе. Азартно. Если это будет, потом уже можно подчистить все. Убрать ошибки, увеличить быстродействие. Сделать мультиплатформенность. В игре сейчас красивые персонажи, очень большой и профессионально сделанный открытый мир. Много полезных инструментов. Но нет жизни в ней. Самой игры нет.

— И что делать? – спросила Доярка.

— Надо загнать игроков в рамки, из которых в процессе игры они бы пытались вырваться. Надо писать сюжет. Поначалу жесткий, затем, по мере прокачки персонажей, управляемый. У вас сейчас сюжета нет никакого вообще. Персонажи игры всё могут и всё умеют, поэтому им нечего добиваться, и нечего изменять.

Я понял, что хотела сказать Знайка. Если бы все люди на Земле были всемогущими и могли бы сделать все, что угодно, то это бы не являлось бы преимуществом кого-либо перед остальными. Поскольку все находились бы изначально в равных условиях, и обладали одинаковыми безграничными способностями по воплощению своих желаний, то… спустя какое-то не очень длительное время никаких желаний бы у людей не осталось. Естественно кроме удовлетворения чисто физиологических потребностей.

Только противоречия, вызванные отсутствием желаемого и трудностью в достижении желаемого, могут быть источниками дальнейшего развития.

Текущее состояние общества имеет множество противоречий и несправедливости. Именно это является причиной для изменений и для Проекта.

Также и в игре. Если изначально все игроки будут иметь безграничные возможности, то им не к чему будет стремиться, и никакой игры не получится.

— Надо в игру ввести злого тирана или сумасшедшего гения, типа, Незнакомца? Начальными условиями персонажей сделать игру в условиях этого «плохого» общества, созданного тираном, чтобы в процессе игры менять «плохое» общество на «хорошее»? – словно прочитав мои мысли, спросил Меценат.

— Я думаю, что тирана вводить совсем необязательно, — сказал я, — Мы сейчас живем не под гнетом некой глобальной тирании, но все равно противоречия существуют. Существует множество негативных явлений, таких как боль и страдание, болезни и войны, бедность и нищета, жестокость и преступления.

— Ты предлагаешь эти негативные явления ввести в игру? – серьезно спросил Енотов.

— В принципе, да. Игроки через действия своих персонажей будут постепенно искоренять эти негативные явления и строить новые общественные отношения, — я почесал голову, — Только я это пока как-то расплывчато представляю.

Возникла пауза. Слышно было только, как Старик, щелкал компьютерной мышью, а Доярка шумно вздохнула.

— Давайте, сделаем сначала алгоритм, не вдаваясь в детали, — предложила Знайка, — Например, мы составляем список негативных, как сказал Март, явлений.

— Затем из этого списка создаем негативные начальные условия персонажам, в которых они оказываются, в первый раз войдя в игру, — продолжил я. — Например, пять негативных явлений. Каждое имеет по пять негативных начальных условий для персонажей. Итого в сумме получается двадцать пять негативных начальных условий для персонажей. При первом входе в игру формируется персонаж, для которого генератор случайных чисел определяет начальные негативные условия.

По мотивам АС. Алгебра Слова

— А дальше? – спросил Енотов.

— Кроме начальных негативных явлений каждый персонаж наделяется способностями, — сказал я.

— Тоже генератором случайных чисел? – спросил Володя.

— Не знаю… Может, генератором, а может, сам выбирает из предложенного перечня. Возможно, что и так, и так.

— Прямо, не игра, а чистая математика, — усмехнулась Доярка.

— Не математика, а алгебра, — поправила Знайка.

— Алгебра Сло́ва, — хмыкнул Енотов.


<<  >>