69. Рапсодия

— Ну вот, Ангелина, твой звездный час и настал, — торжественно сказал Старик Доярке. В кабинете Старика мы собрались вчетвером: Старик, я, Меценат и Доярка.

— Ду ну? – удивилась Ангелина, — Что же такого произошло? И почему мы в таком урезанном составе? Нет Знайки, она же у нас почти самая главная теперь. И Енотика нет.

— Успеется еще. Доведем до общего сведения. Сейчас пока первоочередные вопросы обсудим, – сказал Старик, — Итак. Начинаю по порядку. Общественное движение Проекта возглавляешь ты, Ангелина. Оно будет преобразовано в общественную инициативу. Общественная инициатива станет основой для формирования государственного интернационального движения.

— О как солидно звучит, — два раза картинно хлопнул в ладоши Меценат, — Извини, а меня зачем пригласили?

— Тебя пригласили затем, чтобы эта общественная инициатива не только солидно звучала, но и солидно выглядела. Ангелина Доярочкина… в простонародье, Доярка, хорошо известна, но, скорее как блогерша, а не как общественно-политический деятель.

— А я известен как политический деятель? – усмехнулся Меценат.

— Нет. Ты нейрофизиолог. Твои знания потребуются… наверное, — неуверенно произнес Старик, — Но главное, что ты будешь лицом этой общественной инициативы. Ты человек солидный. В возрасте,  с благородной сединой и энциклопедическими, как говорит Март, знаниями.

— В чем разница-то? – непонимающе спросила Доярка, — Было общественное движение. Станет общественная инициатива.

— Принципиальной разницы не будет. Будет, скорее формальная разница, — ответил Старик, —  Общественное движение само по себе организуется и развивается, а общественная инициатива обращается к государству с предложением возглавить движение.

— Зачем?

— Чтобы можно было официально, от имени государства предлагать другим странам принять участие в этом движении. В таком случае оно станет интернациональным.

— Но и общественное движение может быть интернациональным! – возразил Меценат.

— Общественное движение одной страны не может официально обращаться к руководству других стран. Вернее, может, но это все равно, что частное лицо обращается. Короче говоря, надо сделать такие преобразования формального статуса нашего общественного движения, — отрезал Старик.

— Как-то это все очень запутанно, — медленно произнесла Доярка и подозрительно  посмотрела на меня, — Я кажется начинаю догадываться… Это Март, что ли, все это придумал?

— Что тут придумывать-то было? — ответил я, — Я предложил. В противном случае, весь Проект могли закрыть.

— Да ну, – протянула Доярка.

— Вот тебе и да ну, — ответил Старик, — Вопрос именно так и стоял. Март как-то повернул все, что в результате только общественное движение из состава Проекта придется формально вывести, а фактически все будет примерно так же.

— Мне кажется, это какая-то казуистика, — сказал Меценат.

— В какой-то степени да, — согласился я, — Но теперь эту общественную часть будут курировать государственные руководители.

— Не из вашей ли конторы, Владимир Ильич?– язвительно обратился к Старику Меценат, —  Так в чем разница, вы и так все тут контролируете?

— Общественную инициативу и движение будет курировать Министерство связей с общественностью, а когда это все начнет выходить на международный уровень, то подключится Министерство иностранных дел.

— Знаете, — Доярка привстала с кресла, — Мне это напоминает ту ахинею, которую нес Незнакомец, рассказывая про рептилоидов и прочую галиматью. Вам не кажется? А у тебя, Март, крыша уже давно, похоже, поехала. Как тебя только Знайка не прибила еще!

— Да при чем тут крыша? – разозлился я, — Был первобытнообщинный строй. Потом рабовладельческий, потом феодализм, потом капитализм, социализм, опять капитализм… Какая сейчас общественно-экономическая формация, к примеру, у нас, кто-то может сказать? Что является основным мотивирующим фактором для деятельности человека? Как это определяется в общественных отношениях? Мы живем в мире, который буквально стоит на пороге системных преобразований. Развивается наука и техника, но это развитие не приносит положительных результатов в глобальном смысле. Кризис перепроизводства… Это, что ли, результат нашего развития? Вы не понимаете, что теперешние рамки устройства социума ставят в тупик всю цивилизацию?

— Я ничего не понимаю, — развела руками Доярка.

— Ну и ладно, — сказал Старик, — Делай свое дело. Пиарься. Продвигай эту общественную инициативу в соцсетях. А в качестве эксперта выступит Меценат. При необходимости, вон, Март лекцию прочитает.

— Рапсодия моя, короче, — пробормотала Доярка.

— Какая рапсодия? – удивленно спросил Старик.

— Музыкальное произведение, написанное в импровизационном стиле, — ответил начитанный Меценат.

По мотивам АС. Рапсодия

Доярка взяла смартфон, который надоедливо вибрировал в беззвучном режиме в течение всего разговора, и раздраженно ответила на телефонный вызов, — Да.

Выслушав собеседника, она ответила:

— Да, хорошо. Мы через час подъедем.

Затем, она удивленно и растеряно подняла глаза:

— Звонили из Министерства связей с общественностью. Нас с Михаилом Евграфовичем приглашают для оформления документов, знакомства с рабочей группой и составления дорожной карты…

— Знакомые шаблонные фразы чиновников, — усмехнулся Меценат, — похоже, что эта рапсодия только начинается.

Сотрудники Министерства, собравшиеся в большом вытянутом кабинете с длинным полированным столом посредине, были приветливы, но, как показалось Доярке, несколько напуганы.

— Меня зовут Рапсодия Николаевна Мухина, — представилась усталая женщина средних лет с белым пучком волос, — Я назначена администратором рабочей группы по рассмотрению предложения вашей общественной инициативы.

Услышав имя женщины, Доярка локтем толкнула сидящего рядом Мецената, но промолчала. Затем Рапсодия Николаевна представила еще четырех участников совещания.

— Извините, – тактично спросил Меценат, — Позвольте уточнить, какое именно предложение нашей общественной инициативы имеется в виду?

Меценат очень грамотно поставил вопрос. Можно было подумать, что некая таинственная «общественная инициатива» направила в Министерство много предложений, и он всего лишь хотел уточнить, какое из этих предложений будет сегодня рассматриваться.

— Вот это предложение, — Рапсодия Николаевна положила перед Меценатом и Дояркой скрепленные стиплером два листа бумаги, — Мы получили в электронном виде, подпишите, пожалуйста.

Доярка и Меценат прочитали заполненный бланк предложения. В документе кратко говорилось, что граждане Орлов Михаил Евграфович и Доярочкина Ангелина Владимировна инициируют создание общественного движения по изменению общественно-экономической формации с целью увеличения доли творческой деятельности, обеспечения эффективности производственных процессов и повышения качества жизни.

Хмыкнув про себя, Меценат подписал бланк предложения. Доярка также подписала, не задавая дополнительных вопросов.

— Ну и слава Богу, — вздохнула Рапсодия Николаевна, которая, видимо, опасалась, что на начальном этапе их сотрудничества возникнут какие-либо осложнения. Он забрала подписанный бланк предложения и, сложив в тонкую красную папочку, в первый раз улыбнулась, — Понимаете, нас руководство поставило в такие жесткие условия, что можно было что-нибудь и напутать.

Дальнейшее совещание протекало в достаточно конструктивном режиме. Был обсужден составленный ранее сотрудниками Министерство план, который они называли «дорожной картой», определены обязанности каждого по этому плану. Ответственных исполнителей они называли «рабочей группой».

По сути, Старик был прав, когда говорил, что изменится только статус, а фактическое содержание общественного направления не изменится.

— Знаете, мы сегодня обсуждали эту… общественную инициативу, и почему-то на ум пришло слово «рапсодия», — прощаясь, сказала Доярка, — А когда приехали к вам, то оказывается, что вас зовут Рапсодия Николаевна…

Рапсодия Николаевна улыбнулась и смущенно ответила:

— Совпадение, должно быть.


<< >>